Сказ о курае

04.08.2012 | Категории: Народные сказки

В  стародавние времена за семью лесами, будто черное пятно  на  белом  снегу, сказывают,   жил  коварный   и   злой   хан. И  была  у  того  хана  странная  привычка  — брить  голову  наголо.  И  для  этого дела каждую  неделю  приглашал  он молодого  джигита.   Но  ни   один   из   них   не   возвращался  обратно:  едва очередной из них  сбривал ханскую голову, как  владыка  повелевал  снести  ему  голову. Вся округа жила в страхе и трепете,  не  зная,  как  противостоять  этим  проделкам хана. И никто не мог перечить  злой его воле.

В тех местах, за семью лесами, жили-были старик со старухой, которые пробавлялись чем могли. И было у них трое сыновей-джигитов. Сначала хан велел прибыть к нему старшему из братьев. Тот, как и все другие, не вернулся обратно в отчий дом. Через неделю пришла очередь среднему из сыновей. Он тоже не воротился назад. Наконец, дошел черед и до самого младшего из трех братьев.

Старик со старухой не пьют, не едят от горя. Все, что было в доме съестного, забрали с собой старшие из сыновей, так что младшему на дорогу и  дать-то было нечего. Но мать есть мать, придумала она, чем снабдить млад­шенького: замесила лопушиную муку на своем грудном молоке и испекла из  того теста лепешку. Положил джигит ту лепешку в свою котомку и вышел в путь-дорогу.

Поднявшись на вершину Ирендыка, он в последний раз оглянулся назад, чтобы взглянуть на те места, где родился и вырос, и душа его сжалась oт волнения и печали. Глядел он на холодные и прозрачные ручьи, на шумные леса, на тихую гряду

Ирендыкских гор, и сам не заметил, как запел полным голосом.

Преодолев высокие горы, пройдя сквозь густые леса, пройдя вброд глу­бокие реки, добрался он наконец до дворца хана. Слуги ханские тут же повели его к своему владыке. Тот вручил джигиту острый нож и велел побрить его наголо.

Стоило хану снять с головы свою корону, как джигит замер в изумлении: на макушке той головы возвышался козлиный рог!

Все же он не растерялся — споро и аккуратно обрил голову хана. Когда дело было сделано, хан сказал джигиту:

— Ты подожди здесь, — и вышел в другую комнату.

Джигит был очень голоден с дороги. Недолго думая, он вынул из котомки положенную туда матерью лепешку и принялся ее есть. В это самое время появился хан. А он был не только зол и коварен, но и жаден, поэтому, увидев в руках джигита странную лепешку, сразу же подумал: «А ведь я никогда в жизни не пробовал таких лепешек, надо бы хоть откусить от его куска». И у него сами собой потекли слюни.

— Что ты там ешь? — спросил он. — Отломи и мне кусок от своей лепешки.

Джигит послушно отломил кусок и подал хану. Съел  хан  поданный кусок   и воскликнул в изумлении:

— Какой вкусный хлеб! Из чего он сделан?

— Эта лепешка из лопуха, — ответил джигит. — Мать испекла ее в своем грудном молоке.

Растерялся тут хан, думает: «Я съел лепешку, которую его мать испекла в своем молоке. Выходит, я стал его молочным братом, и поэтому не имею права проливать его кровь. Но если я его не убью, он будет направо и налево рас­сказывать о моем роге. Что же теперь делать? Как выйти из такого положения?»

И решил хан отправить джигита в такое место, которое никогда глаз человеческий не видел, ухо людское не слышало, ничья нога туда не ступала: пусть там умрет своей смертью!

Ханские слуги связали джигита по рукам и ногам, завязали черной тряпкой ему глаза, взвалили на лошадь и отвезли в непролазную чашу леса.

Жил там джигит, питаясь брусникой, саранкой и всякими прочими ягодами. Потом он смастерил себе лук со стрелами и стал охотиться на дичь. Ему удалось   подбить   крупного  зверя,   из   шкуры   которого   он   сшил   себе   шубу.

Но как бы то ни было, смертельно тоскливо было ему в том лесу, куда не ступала нога человечья. Особенно сильно тосковал он по отчему дому. Иногда в отчаянии он кричал на весь лес: «На лбу у хана есть рог!», но голос его слышали только звери и птицы. Так и бродил джигит в лесу, не находя обратной дороги.

Однажды лежал он под деревом, подложив камень под голову, а под себя шубу. И стала вдруг струиться в его уши какая-то дивная мелодия. Он живо поднялся на ноги и пошел в ту сторону, откуда слышалась та мелодия.

Голос привел его на вершину серой горы, и тут увидел он под сенью серебристого соцветия стебель сухого курая. Именно он испускал под дунове­нием ветра ту удивительную мелодию.

Оторвал джигит стебель вместе с корнем, дунул в полый его ствол, и мелодия стала еще более сильной и напевной.

Очень обрадовался джигит. Дуя  в тот стебель, он постепенно научился играть на нем знакомые мелодии. И сам стал сочинять новые напевы. И развея­лись его мрачные мысли, а душа обрела спокойствие.

Однажды, играя на  курае, джигит и сам не заметил, как оказался в родных местах — это певучий росток привел его туда! Радости его не было предела. Сел он на склоне горы и заиграл на своем волшебном ростке. Услышав голос курая, стали сходиться со всех сторон люди из своих кочевок и яйляу.

Джигит рассказал собравшимся обо всем, что пришлось ему пережить и испытать. А потом положил свой рассказ на мелодию и сыграл на курае.

Услышав музыкальный его рассказ, прибодрились люди, воспламенился их гнев на злого хана. Поднялись они все вместе и пошли на дворец хана. Отец джигита, потерявший двух своих сыновей, держал хана за рог, остальные били злодея чем придется. Так и забили до смерти.

С тех пор превратился курай в народный инструмент, способный повест­вовать о радостях и горестях людской жизни.

Поделиться с друзьями

Отправить комментарий